Сплошные испытания. Часть 1.

В понедельник вечером я узрела в аське Славика и решила спросить его, сдал ли он курсовую по БМКС. Как и предполагалось, нет. А это означало, что у меня есть товарищ по несчастью. Мы договорились посетить универ около часа дня. После получения этой информации, я с чистой совестью убежала в зал смотреть “Версию”, а по возвращении узрела много-много Катиных сообщений, смысл которых заключался в том, что она ушла из аськи, предварительно завещав мне быть завтра в 11:00 на Очаковцев.

 

 Mufrid:     тебя бы взбесило, если бы тебе друг сказал быть завтра в 11 утра в переулке Засыпном с таинственной целью, при том, что у тебя несданная курсовая висит и ты договорился с другим другом в час дня быть в универе и ловить препода?

 YourRain:     не понял

 Mufrid:     перечитай)

 YourRain:     да. взбесило бы

 

Вот и меня взбесило. И о переулке Засыпном я вспомнила не случайно: Катя намылилась в бюро трудоустройства. И это в то время, когда у меня курсовая… а у нас обеих ГОСы на носу. Я в обиженных чувствах позвонила Кате.

 

– А можно это на другой день как-нибудь перенести? Почему во вторник?

– Потому что не в понедельник.

Температура моего мозга поднялась на пару градусов.

– Я же завтра сдаю курсовую! Почему, например, не в среду?

– Потому что завтра вторник, а не среда.

Значение температуры моего мозга осталось на этот раз прежним. Сменилась система измерения – теперь это был не Цельсий, а Фаренгейт.

– .Ну я сижу дома, мне скуууууууучно! – выдала Катрин.

 

.И наткнувшись на ее невинную блондинистость я была не в силах сказать ничего оскорбительного. Я только молча подулась в трубку, и мы всего лишь перенесли время встречи на час раньше.

В 10 ровно я пришла на указанную остановку, и Катя повела меня… действительно, в переулок, причем со словами: “Самое интересное, что я сама не уверена, куда нам надо идти”.

– И не уверена, что за услуги они там предлагают за 30 гривен, да?

Дааа, платить 30 гривен за то, чтобы тебе нашли работу – по-моему, кощунство. Тем не менее, я опомниться не успела, как мы вошли в какую-то дверь и поднялись по узкому лестничному проходу. В тесном коридорчике толпились люди разных возрастов и заполняли анкеты. Мы нашли единственную дверь, за которой наличествовали признаки живых людей. Надпись на ней пафосно гласила: “Курсы. Работа.”

Женщина, сидящая там, сказала нам заполнить анкеты, что мы и стали делать. О наличии у меня ручки я забыла напрочь, поэтому мы вдвоем пользовались Катиной.

И если графы “Фамилия”, “Имя” и “Отчество” не вызвали у нас особых трудностей, то графа “Образование” насторожила.

– Оль, а какое у нас образование? Незаконченное высшее? Или писать “через две недели бакалавр”?

Я нервно посмеялась и ответила, что единственно правильное решение – спросить у той тетки и если что дописать уже на месте.

– Мне ведь двадцать? – спросила я у Кати на всякий случай.

Она как раз недавно сообразила, что ей двадцать один, а у меня день рождения позже. Поэтому мы сошлись во мнении, что мне все-таки двадцать.

– Так. Семейное положение – холостяк, – вслух подумала я.

У Кати в анкете красовалось в этой графе гордое “Незамужем” (все вместе). Я делала ей замечание по этому поводу, но она убедила меня, что это у нее еще раздельно написано. Я хотела было спросить, в каком месте оно раздельно – “Не замужем”, “Не за мужем” или “Неза мужем”. В конце концов – “Не за му жжем”. но это осталось только в моих мыслях. Ну и как следствие – в дневнике.

– Дети, возраст. нет, – прокомментировала я следующую графу и поставила в ней большой прочерк.

– Ееесть! – с претензией заявила Катя.

Ну да, у меня три “ребенка” околобакалаврского возраста, один из которых вообще непонятно как очутился в Подмосковье.

В отличие от Кати, я заполнила графу “желаемая работа” словом “массажист” и в “специальные умения” определила курсы массажа и знание ПК.

В остальном мы были похожи – дата заполнения анкеты у нас оказалась одинакова.

К тому моменту, как мы закончили своё черное дело по заполнению этих бланков на туалетной бумаге, как раз освободилась комнатка, где сидела тётенька с золотой ручечкой. Мы были в комнатку приглашены и усажены в удобные черные кресла около круглого стеклянного столика, на котором зачем-то лежала бесплатная газета с объявлениями. Тётенька приняла анкеты из наших рук и стала подозрительно коситься то на них, то на нас. Катя сделала замечание, что у меня джинсы грязные. Я посмотрела вниз и – действительно – правая штанина (джинсина?)) вся была белая. Я тихонько отряхнулась. И когда я успела только потереться о стенку? Вылетело из головы. Не было такого!

– У нас вопрос, – начала Катя общение с тетенькой, – Мы через две недели получим бакалавра. Что нам писать в “образовании”?

– Высшее, – ответила она и продолжила таращиться в анкету.

Я начинала нервничать. Чего она там нашла сверхъестественного?

– Вы только напишите, пожалуйста, желаемую работу, – обратилась она к Кате. – А то предложу Вам стройку – Вы обидитесь.

Я хихикнула. И тут гнев богов пал на меня.

– Опыт работы?

– Нет.

– Как нет? Кем работали, подрабатывали?

– Да никем не подрабатывала. Вообще опыта работы нет. Совсем нет опыта.

Тетенька то ли рассердилась, то ли удивилась. Наверное, двадцатилетние студенты без опыта работы – редкость? Тогда запишите меня в красную книгу. Только не надо ТАК смотреть.

Она поставила в моей анкете прочерк.

– Массажист? Массажисты сейчас вообще не нужны. А как Вы к маникюру, педикюру относитесь?

Знала, что что-то подобное сморожу, но не знала, что умею настолько по-дурацки себя вести. Я посмотрела на свои ногти и объявила, что маникюр у меня “массажный”.

– Нет, чтобы другим делать, – пояснила она. Я осознала всю тупость ситуации и стала пытаться представить себя, мажущей лаком чужие ногти. На ногах. Потом еще в течение нескольких миллисекунд думала о том видео вконтакте, где Росомаха пришел делать маникюр и напугал работницу салона до полусмерти и трехэтажного мата.

– Это ведь надо курсы заканчивать, – таки придумала я.

– Надо. Вот, можем предложить. Курсы стоят 325 гривен. А вот вы закончите бакалавра, и какие планы потом?

– Дальше учиться.

– Значит, это вы подработку ищете?

– Вообще-то, работу на лето, – уточнила я.

Катя тем временем исправляла что-то в анкете, и я не веря своим глазам увидела, как из-под ее пера выплывает надпись “горничная”.

– Ни разу ей не работала. Хочу попробовать, – прокомментировала Катя.

– Могу предложить промоутера, – донеслось от тетеньки. Я не могла отделаться от мысли, что я героиня сериала “Мёртвые как я”.

– Эммм. кто такой промоутер? – спросила я, бросив беспомощный взгляд на Катю.

– Ну, листовки раздает, – пояснила тетенька.

Ох уж мне эти названия. Больше всего мерчендайзер бесит. А еще супервайзер. Как говорил Букач, сегодня всех называют не теми, кем они являются. Вот грузчика и то могут называть “менеджер по перемещению грузов”. А суть от этого не меняется.

 

Разговор наш длился порядка 15 минут. Хотя, я могу ошибаться: потеряла счет времени. Мы с Катрин уже спускались по лестнице, держа в руках бумажечку, на которой нам добрая тетя выписала номера телефонов потенциальных работодателей. И на лестнице меня прихватило. Катя говорила, что в эту контору ходила ее мама, и платила за услуги 30 гривен. Я еще вчера вечером привыкла к мысли, что расстанусь с двумя купюрами – 10 и 20 гривен, а тут нате вам.

– Кать. я тут подумала.

– ?

– А что там насчет 30 гривен?

– Хм. странно. Сейчас маме позвоню, спрошу. Наверное, она не сюда ходила.

Мы вышли из здания, и Катя схватилась за мобильник.

– Давай отойдем подальше сначала, – предложила я. Чувствовала себя при этом так, словно я уже в розыске. Мы перешли дорогу, и Катя, заручившись моей моральной поддержкой, позвонила женщине, которая искала горничную. Они мило побеседовали, после чего Катя стала нервничать еще больше, чем до звонка, и сказала, что к работе нужно приступить завтра.

 

Я проверила свой мобильный. Славик не звонил. А это означало, что еще неизвестно, когда в универе будет интересующий нас препод. Я поехала домой. Именно там меня и застал звонок. Я пробыла дома около получаса, собрала пожитки и поехала в универ, куда мне чертовски не хотелось. Мошкович должен был быть с полудня до неопределенного срока. Я планировала поймать его, сдать курсовую и отнести зачетку в деканат, т.к. Юлия Витальевна уже ходила и плакала, что ей срочно нужны зачетки. На этом моя культурная программа не заканчивалась: книги из библиотеки у меня дома лежали года полтора. А одна методичка осталась еще со второго курса. Сдача не удалась. Я всего лишь отдала курсовик Мошковичу на проверку, после чего он сказал, что дома почитает, что сейчас у него нет времени, и чтобы я приходила завтра. Также мне “посчастливилось” встретить Мишу Курихина, который уже неделю требовал от меня нарисовать его в чиби-анимешном стиле, как я рисовала себя.

 

Следующим страшным испытанием был поход в библиотеку. Ходили слухи, что если долго не несешь книги, за каждый просроченный день набегает по нескольку копеек за книгу. Ожидая таки раскошелиться на крупную сумму (если не на бирже труда, то в библиотеке уж точно), я уныло побрела к зданию библиотеки. Там, как ни странно, не ругались на мои задолженности. Напротив, библиотекарь была рада меня видеть, и непомерно счастлива тому, что я принесла книги, и тому, что остальные три книги, которые я принести не сумела чисто физически, лежат сейчас у меня дома в целости и сохранности, и я принесу их завтра. Также она к моему удивлению предложила мне купить методичку по физике на замену прямо у нее за 18 грн. Я искала эту методичку уже два года, и тут представляется возможность ее приобрести прямо сейчас.

(Напоминает телемагазин. Купите методичку по физике всего за 17.99, и получите продление абонемента на пятый курс бесплатно!) Я со счастливым лицом добыла из рюкзака двадцатку и протянула библиотекарю. Она взяла деньгу и скрылась в дебрях библиотечных шкафов. Вернулась через минут пять с вожделенной моей желтенькой методичкой и. сказала, что сдачи нет, и попросила меня разменять деньгу на ксероксе.

Я представила себе, как в ксерокс кладут двадцать гривен, и из него вылезает несколько купюр по пять, по две и по одной.

Ксерокопию делали буквально за стенкой (три метра по прямой). Я оставила читательский билет у библиотекаря, и потрусила туда. Очередь состояла из двух клиентов – одна девушка хотела отксерить пару страниц книги, и еще один парень пришел распечатать реферат с флешки. Боевая бабушка-ксерокопёр (или как её ещё обозвать-то?) быстро удовлетворила потребности девушки, изменив тем самым мою дислокацию в очереди. С рефератом же дело обстояло туго. Я не торопилась, поэтому процесс наблюдения меня даже позабавил.

Бабушка-ксерокопёр вставила в компьютер флешку, и сразу заверещал антивирус.

– Молодой человек, у Вас вирус. Удалять?

– Как хотите.

– Ну если я не удалю, оно не напечатает.

– Ну удаляйте.

– Таааак. Что Вам тут печатать? ***.doc?

– Не знаю. Откройте его. Что там?

Бабуля процитировала название реферата.

– Оно. Значит, мне там надо изменить автора и название.

Я бросила возмущенный взгляд на горе-студентов. Мало того, что сессия уже заканчивается, так им еще и лень самим изменить титульник. Лезут с этим ко всяким тетенькам. А ей бы не следовало подобные заказы принимать.

Бабуля долго тыкалась мышкой в реферат, потом что-то печатала со скоростью 5 знаков в минуту, потом спросила, через “а” или через “о” пишется его фамилия.

– Через “а”!

– А через “е” или через “и”?

– Через “е”.

Я оценила, сколько примерно времени уйдет у бабули на смену названия работы, и решила побыть наглой хоть 1 минуту в сто лет:

– А может, Вы сначала мне быстренько денежку разменяете, а потом уже вот это всё продолжите?..

– Я денежку не меняю, – отозвалась она, не отрываясь от клавиатуры. – Во-об-ще.

– И чего я тут стою >_>, – вслух возмутилась я, и побрела обратно, в учебный абонемент.

Там я предложила библиотекарю таки взять с меня двадцатку. Все-таки, двух гривен ради методички, которую я искала в течение двух лет, мне не было жаль.

Но вопреки моим ожиданиям, она сказала, что лишних денег с меня не возьмет, и сказала приходить завтра: все равно принесу оставшиеся книги.

 

У меня не проходило состояние хандры из-за учебы, но я обещала сегодня аудиенцию Жене. Моя судьба (она же мой курсовик, она же моя бакалаврская) была сейчас в чужих руках, так что я решила, можно с грязной совестью и погулять.

 

 

За год моего там отсутствия Парк Победы претерпел значительные изменения. И первым делом это – застройка. В нашем райсовете было много возни по этому поводу, люди возмущались, чуть ли не митинговали, но всё равно не сумели уберечь один из немногих парков от строительства. Теперь на территории парка – огромный (не побоюсь этого слова) аквапаркИЩЕ! И гостиницы для туристов прямо рядом с ним. А зачем далеко ходить, можно прыгать на горку прямо из окна своего люкса на 16 этаже!

Впрочем, не обращайте внимания. Чем мои возмущения здесь смогут теперь помочь?

Вот фотоотчет:

 

1. Женя, как всегда, отжигает.

 

2. Построили, гады, беседку. Но красивую, блин. Но всё равно гады).

 

3. Ну и вот еще одно чудо современной архитектуры. Как всегда, колонны. Как всегда, полукруг. Красиво, но могли бы и без этого обойтись. Особенно в кризис.

 

4. Женя выбирает мороженое. Я папарацаю.

 

5. Ну и еще раз я. Люди, яркие цвета одежды нифига не помогают от депрессии.

 

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s

%d bloggers like this: